Чужак 2 - Страница 96


К оглавлению

96

– Трон, – я бросаюсь к великану, – сними с меня поводок! Сними!

Голова взрывается искрами. Я рухнул на землю и схватился за нее. Боль раздирала мозги на части.

– Выпей, – Топор втискивает мне в рот флакон.

Я послушно делаю пару глотков. Боль начала отступать. Как хорошо. Грай! Я вскочил на ноги, огляделся и облегченно прислонился Ягу. Лепота. Голова не болит, она даже в порядке, на первый взгляд. Грай висит в воздухе в метре от меня. Трон развлекается, поджаривая молниями одиноких вряков. А вот и цепную запустил по крякушам. Пушок от него старается не отставать. Да где ему. Летать он не умеет, а за вряками он бегать не хочет. Боится за меня, я это чувствую хорошо. Глав недоуменно рассматривает спящего со свернутой челюстью пленника.

– Кар предупреждал о таком, – Яг внимательно смотрит на меня, – эликсир дал, но такого я не ожидал. Ты должен был быть тихим, а не буйным. Зачем меня поджарить пытался?

– Издержки одного непроверенного заклинания, – лениво отмахнулся я.

Да, проф об этом предупреждал, но как я бы проверял сферу молчания. На полигоне, что ли? От представленной картины я истерически расхохотался. Со смехом ушла досада и злость на самого себя. Все, я в порядке.

– Кто это, – ожег меня взглядам Глав. – Кого ты притащил из погани!? Зачем ты вытащил смертника! Где Дуняша! Где!

Он кричит и пытается меня схватить за грудь, но пальцы соскальзывают с нагрудника. Взгляд полон разочарования и обвинения. Я же говорил. Я же охотник и должен выполнять свои обещания.

– Спокойно Глав. Давай я представлю тебя ему.

Яг наконец, смог оторвать руки Глава от моих наплечников. Трон хмурится, но не вмешивается. Пушок недоуменно смотрит на нас.

– Глав Медведь, – самым светским тоном начинаю я, – позвольте Вам представить, заочно хорошо знакомого Вам господина.

Полное непонимание в глазах друзей.

– Он знаком всем охотникам Белгора и не только им. Мастер погани Грай граф эл Оро. Старый друг Кара Вулкана и его убитой невесты. Последним подвигом данного господина было участие в похищении известных Вам особ из Белгора, организация засад для пытающихся спасти девушек охотников и стражей. Да, я забыл, именно этот господин сейчас ждет пробуждения личинок хозяев и присматривает за их спокойствием. Я пригласил его в Белгор для подробного рассказа обо всем.

На лицах охотников, по мере представления Грая, недоумение сменилось удивлением, ненавистью, иступленной яростью, мрачным удовлетворением и злобной радостью.

Молчание.

Руки Глава стиснули меня, прижали к груди и закинули на Пушка.

– В город, – проревел он, – Трон, отзывай всех охотников. Все в Белгор.

Глава 16.

– Ты как, – спросил меня Чейт Живчик.

– Нормально. Почти пришел в себя.

– Выпей.

Ого. Розовый туман. Безумно дорогое зелье, которое полностью восстанавливало силы. Через пару часов я буду свеж и полон энергии. Самое близкое подобие эликсира маны из земных сказок.

– Ты сегодня щедрый.

– Влад, – укоризненно сказал Живчик.

– Прости. Голова идет кругом.

– Понимаю, поэтому и не обижаюсь.

Выпив зелье, я неторопливо подошел к окну. Смеркалось, но площадь была забита охотниками и горожанами. Прилегающие улицы тоже были забиты горожанами. В гильдейском доме яблоку негде было упасть. Охотники, церковники, стражники, облеченные властью люди. Хотя, последних было мало. В Белгоре бюрократия как-то не приживалась. Да и не хотели разные начальники сюда ехать. Не тот город. Все жители Белгора хотели присутствовать если не на допросе, то хоть рядом с тем местом, где он проводится. Вернее, когда он будет проводиться.

– Долго, – обернувшись к Живчику указал я на дверь, – уже час прошел.

– Нет, еще минут десять. Слишком настойчиво Влад, ты приглашал его в Белгор, – зло ощерился он. – Всю челюсть разнес, пришлось ее по кусочкам складывать. Жаль, что нельзя…- изобразил он в воздухе, что-то среднее между дыбой, испанским сапогом и медным быком.

В Белгоре появилась еще одна шутка, мрачная шутка. Эти слова теперь будут употреблять не в отношении друзей, а кровных врагов. Как на гражданке – отправить в штаб Духонина. Наше стремительное возвращение в Белгор не было встречено триумфом. Какой к черту триумф. Оповещенные горожане встретили нас молчанием и злобным торжеством. Так наверно встречали римских легионеров, возвратившихся из карательного рейда на поселения варваров, пострадавшие жители. Встречали молчанием и ненавистью к пленнику. Сотня Арна, встретившая нас на полдороги и узнавшая от Яга и Трона обстоятельства дела, шепотком передавала, окружающим их людям, подробности случившегося. Пригласил его в Белгор – эти слова звучали в разных местах. На площади нас уже ждали все мастера внутреннего круга, кроме ехавшего рядом Трона. Приняв Грая, они отнесли его в допросную комнату. Самое защищенное место в Белгоре. Никто не хотел никаких случайностей. Сделан только первый шаг, осталось сделать второй. Но с лиц ушло выражение обреченности. Все понимали, как мал шанс обнаружить девушек до истечения срока, но очень надеялись на это. Подошедший ко мне Кар несколько секунд смотрел на меня, а потом с силой сжал мне руку.

– Влад, я понимаю, что ты взял его и доставил в Белгор не ради меня, но моя благодарность от этого не станет меньше. Я твой вечный должник.

Он развернулся и ушел, а я попал в объятия Матвея.

– Влад, – окликнул меня Чейт, – можно.

В комнату ломанулись заранее оговоренные лица. Она была не резиновой. К своему удивлению и я попал в их число. Спрашивать почему, я не стал. Пригласили – значит нужно. Коллектив подобрался колоритный. Двенадцать мастеров внутреннего круга, сэр Берг, Дей эл Шари, королевский инспектор и отец Яга, отец Анер и незнакомый церковник, Яг и я. Дилс Мрачный Повелитель смерти исполнял роль палача. Если бы не причина, по которой мы здесь собрались, то я был бы уверен, что Дилс плясал бы от радости и целовал мне руки. Идейный охотник, что с него возьмешь. Но соратник надежный, а что касается его небольшого хобби, так у каждого свои недостатки. Ну и что, что он любит убивать слуг Темного, а если есть время, то и помучить, главное, что человек Дилс хороший. И не надо было этим сволочам приносить в жертву Падшему семью Дилса, не убедившись в том, что семилетний мальчик мертв. Мальчик оказался только тяжело ранен и запомнил все. Особенно хорошо он запомнил вопли, издаваемые его родными, когда их души вырывали из тел. Я сам не знаю, как я себя буду вести, когда все закончится. Может быть стану таким, как Дилс, не вижу в этом ничего плохого. А вот взгляды церковника, бросаемые им на черную мантию Дилса, мне не нравились. Придурок с Юга.

96